|
175 лет назад, а именно 10 февраля 1837 года, в два часа сорок пять минут пополудни перестало биться сердце гения русской поэзии, Александра Сергеевича Пушкина. Патриарх русской словесности Василий Жуковский, дежуривший у постели умирающего, словно предчувствуя, что впоследствии каждая деталь, связанная с именем поэта, станет предметом пристального внимания потомков, остановил карманные часы Пушкина в тот момент, когда врачи засвидетельствовали факт его расставания с жизнью. По просьбе другого литератора и друга Александра Сергеевича Ивана Тургенева был срезан локон с пряди волос усопшего. Эти и многие другие детали позволяют потомкам, отдаленным от пушкинского времени десятками десятилетий, представить словно вживую характер и суть давних событий.
Судьба распорядилась так, что со временем Григорию Александровичу Пушкину, младшему сыну Александра Сергеевича, родственники поэта поручили представлять фамильные интересы во всех делах, связанных с творческим наследием гения, в частности, перед издателями, цензурным ведомством и пр. Сын бережно охранял также материальные свидетельства пребывания отца на грешной земле, проявлял живой интерес ко всему, что так или иначе было связано с его именем.
В 1866 году Григорий Александрович поселился на Псковщине, в Михайловском – родовом имении своей бабушки, матери А.С. Пушкина. Это было место духовного становления поэта. Здесь Александр Сергеевич жил и творил в 1817, 1819, 1824-1826, 1827, в 1835 и 1836 годах.
В 1880 году, в один из редких выездов из Михайловского, Григорий Александрович в Петербурге, на балу, познакомился с Варварой Алексеевной Мельниковой. Через три года они поженились. Венчание состоялось в Вильне, где Варвара Алексеевна жила и владела имением Маркутье (Маркучай). Их судьбы соединились в простенькой Покровской церкви приюта для подкидышей «Иисус Младенец», что находился на углу улиц Бокшто и Сиротской (ныне Субачяус), напротив Барбакана. После венчания молодожены уехали из Вильны в Михайловское, и Варвара Пушкина принялась ревностно помогать мужу в хозяйственных хлопотах.
В 1899 году отмечалось столетие со дня рождения А.С. Пушкина. В сознании русского народа Михайловское всегда представлялось как национальное достояние, святыня, и группа известных общественных деятелей России – литераторов, историков, художников, деятелей науки – обратилась к младшему сыну поэта с предложением продать имение Михайловское государству, с тем, чтобы доступ сюда был открыт для каждого. Прежде чем дать положительный ответ, Григорий Пушкин долго колебался и, наконец, решился. Трогательно попрощался он и с дворянами всей округи, и с крестьянами, у которых пользовался огромным уважением. Имение отныне переходило в собственность государства. Но что особенно важно: оно было выкуплено на народные пожертвования!
Чета Пушкиных, прожив в Михайловском 16 лет, переехала в Вильну и обосновалась в имении Варвары Алексеевны – Маркутье (Маркучай). Сюда привезли принадлежавшие А. С. Пушкину вещи: его мягкую кушетку, кресло с обрамлением из орехового дерева, два кресла из орехового дерева, две книжные полки. А также письменный стол флорентийской работы, принадлежавший жене поэта, три дверные занавеси, вышитые дворовыми девушками села Михайловского, и двухметровый ствол одной из трех сосен, воспетых Пушкиным и сломленных бурей в 1895 году.
На снимке: Усадебный дом четы Пушкиных в Маркучай - ныне Главное здание Литературного музея А.С. Пушкина в Вильнюсе
Понятно, что виленские Пушкины не могли взять с собой всю обстановку господского дома в Михайловском, часть предметов они раздали родственникам и близким друзьям. Варвара Алексеевна Пушкина подарила своей сестре кожаную кушетку, которая попала в Михайловское из дома на набережной Мойки в Петербурге, где семья Александра Сергеевича снимала квартиру, и где скончался поэт…
В начале 20 века внутренняя архитектура дома на Мойке подверглась перестройке. И уже при Советской власти решено было воссоздать обстановку последнего пристанища поэта. В 1925 году в Петербурге, тогда Ленинграде, в доме на набережной Мойки был учрежден Мемориальный музей-квартира А.С. Пушкина. При жизни поэта его съемная квартира на Мойке насчитывала ни много ни мало тринадцать комнат. Скомплектовать ее аутентичную обстановку было делом весьма непростым, те более, что после смерти поэта его семья оставила съемную квартиру, вывезла из нее меблировку.
И все же постепенно квартира заполнялась материальными предметами, которых в свое время касалась рука поэта. Из Маркучай в Ленинград были переданы «михайловские» столик и курительная трубка Александра Сергеевича. Внук сестры Варвары Алексеевны Пушкиной, служивший в 1937 году Ученым секретарем ленинградского Эрмитажа, передал Музею- квартире «михайловский» диван, некогда подаренный его бабушке.
Только в 1987 году в квартире на Мойке восстановили, конечно, насколько это было возможным, первоначальную планировку квартиры А.С. Пушкина. Недавно там появилась и детская комната. Александр Сергеевич, между прочим, основной смысл своего существования видел в счастье семьи. Он женился сознательно, продолжение рода было для него жизненной установкой. И отправляясь на дуэль, поэт убеждал себя, что его незапятнанное имя - это единственное богатство, которое он может оставить своей семье. …В детской комнате на Мойке обитали четыре прямых наследника поэта – два сына и две дочери. Сейчас музей-квартира выглядит таким образом, что посетитель без подсказки ориентируется в ней: вот – передняя, вот – кабинет поэта, вот – будуар Натальи Николаевы, вот – гостиная, а вот – и детская.
Директор Музея Галина Седова рассказывает, что работа над воссозданием атмосферы и обстановки пушкинской квартиры продолжается непрерывно. Недавно у нее возникла идея установить, на каком все же спальном месте – тахте, кушетке или на каком-то диване поэт испустил последний вздох. И вот пришло время менять кожаную обивку на диване из Михайловского, подаренном музею внуком сестры Варвары Алексеевны Пушкиной. Галина Седова задалась вопросом: а вдруг это именно тот диван, на котором умирал поэт? Она обратилась к специалистам из Петербургского бюро судебной экспертизы с просьбой провести химический анализ смывов с кожаной поверхности дивана. Анализ показал: из тридцати смывов два показали остатки эритроцитов - клеток крови. Установили, что следы очень старые, относящиеся к первой половине 19 века, то есть времени гибели А.С.Пушкина. Это заключение вело к дальнейшим исследованиям. Проверили поверхность жилета, что был на Пушкине в день дуэли. И здесь, как в случае с диваном, анализ показал, что кровь принадлежала человеку со второй группой крови с фактором резус - плюс. Взяли два волоска из локона, срезанного по просьбе Ивана Тургенева с шевелюры почившего Пушкина, исследовали их, и получили такой же результат.
- Таким образом, - рассказала директор Пушкинского музея на Мойке, - было установлено, что все обнаруженные следы крови принадлежали одному человеку, то есть А.С. Пушкину. Во времена поэта медицина еще не имела понятия о группах крови, зато этим знанием владеет современная наука. Потому-то сейчас в Петербургском музее-квартире появился экспонат с прикрепленной к нему табличкой, говорящей о том, что именно на этом диване испустил последний вздох гений русской поэзии. Представляете, на нем лежал умирающий Пушкин! То есть на том самом диване, который был привезен в Михайловское женой поэта Натальей Николаевной, что затем впоследствии принадлежал сыну Григорию Александровичу, и был подарен его супругой Варварой Алексеевной своей сестре при переезде четы Пушкиных в Вильну.
…Григорий Александрович Пушкин с женой переехал в Вильну, когда ему «стукнуло» 64 года. Здесь он и скончался в июле 1905 года в возрасте 70-ти лет. Варвара Алексеевна была на двадцать лет моложе своего супруга. Она была женщиной предприимчивой, энергичной и волевой. Оставшись вдовой, старалась сохранить живительный огонь светильника памяти А.С.Пушкина. Уместно вспомнить, что в день свадьбы с Григорием Александровичем она так восприняла перемены в своей жизни: «Я – счастливейшая из женщин России, мне выпала редкостная судьба быть невесткой Пушкина!».
На снитмке: Памятник А.С. Пушкину в Маркучай в Вильнюсе
В начале 30-х годов 20 века по просьбе руководства ленинградского Музея-квартиры поэта, она передала в его фонды некоторые вещи из обстановки дома в Маркучай, те же столик на фигурной ножке и курительную трубку поэта. Напомним, что Варвара Пушкина пережила супруга на тридцать лет (скончалась в Вильне в 1935 году). В 1940 году в бывшем виленском имении Г.А.и В.А. Пушкиных Маркучай был учрежден Литературный музей А.С. Пушкина. С той поры он находится на государственном обеспечении и является уникальным, одним из редких признанных очагов русской культуры в Литве.
На снимке: Под одной могильной плитой в Маркучай в Вильнюсе на территории Литературного музея А.С. Пушкина захоронена чета Пушкиных
…В пушкинском Музее-квартире на Мойке существует давняя традиция отмечать 10 февраля – день смерти поэта. Гости проходят во внутренний дворик дома сквозь арку, через которую выносили раненного на дуэли поэта, через нее же спустя несколько дней выносили усопшего для захоронения. В этот день в 14 ч.45 м., т. е. в момент, когда перестало биться сердце гения русской поэзии, зафиксированное его учителем Василием Жуковским, наступает минута молчания и звучит «Реквием» Моцарта и совершаются мемориальные чтения в память поэта. Дань памяти совершается ежегодно.
Такая традиция сохранялась даже в блокадные годы. Ученый-пушкинист Мануйлов вспоминает, что в феврале 1942 года, в самый тяжелый период обороны Ленинграда, на Мойку также пришли люди. Голодные, промерзшие, но не сломленные. Мануйлов прочел тогда такие строки поэта: «Красуйся, град Петров, и стой неколебимо как Россия!». Красуется Петров град и сейчас. А в Вильнюсе по-прежнему действует Литературный музей А.С. Пушкина, расположенный в бывшей усадьбе Г.А. и В.А. Пушкиных. В этом музее принято ежегодно отмечать дни рождения поэта.
Открывшаяся в последнее время живая связь между Петербургским музеем-квартирой и музеем в Маркучай наводит на мысль о том, что и здесь, в , в Маркучай, можно отмечать не только дни рождения поэта, но и дни его смерти. Ведь Вильнюс, как – никак, в своем роде тоже «пушкинский» город. Пока была жива общественный деятель русской диаспоры Вильнюса певица Елизавета Кухарская, в местном Пушкинском доме в день смерти поэта она устраивала мемориальные вечера. Несколько лет назад активной общественницы не стало, и подобные ежегодные встречи прекратились.
В этом году в Вильнюсе (как-никак исполнилось 175 лет со дня гибели поэта!) отметили годовщину гибели Александра Сергеевича. Музей посетил Чрезвычайный и Полномочный посол Российской Федерации В.Чхиквадзе, в вильнюсской Пятницкой церкви состоялась панихида по поэту. Сам этот факт отраден, но нынешний год – юбилейный. До следующей «круглой» даты – дистанция, как минимум, в 25 лет. А как отметят день кончины поэта, скажем, в 2013 году? На этот счет нет никаких планов. На наш взгляд, 10 февраля, дату прощания с бренной жизнью гения русской поэзии, необходимо отмечать ежегодно! Тем более что вильнюсский пушкинский уголок – одно из немногих сохранившихся до настоящего времени памятных мест, напрямую связанных с «русским духом», в иные времена определявшим общий дух литовской столицы.
Современная Россия живет по единому, так называемому «летнему времени». А.С.Пушкин скончался в два часа 45 минут пополудни «по Москве», значит, по нашему литовскому времени – в ноль часов 45 минут пополудни. И тогда для нас отправной точкой для начала поминовения поэта в Вильнюсе каждое 10 февраля может стать именно литовское время.
Герман Шлевис, фото автора
.
|
.gif)
