Когда проходишь по столичной улице Пилимо, невольно обращаешь внимание на мемориальную доску на угловой стене дома №20 , что у Реформатской церкви (бывшего  кинотеатра «Хроника»). Здесь долгие годы – с 1918  по 1959 - жил композитор и дирижер Константин Галковский, профессор Литовской консерватории. Он родился в Вильнюсе, учился в Первой гимназии и был однокашником и другом Василия Шверубовича (ставшего  впоследствии светилом русской и советской театральной сцены Василием Качаловым), участвовал в любительских спектаклях, прожил долгую творческую жизнь: читал лекции по музыке, руководил созданными им хорами и оркестром, сочинял музыку и стихи.

После войны его фамилия стала звучать на литовский лад – Константинас Галкаускас, он был удостоин званий  заслуженного  деятеля Литвы, затем народного артиста республики. И, как считал Вильнюсский профессор Пранас Буткус,  вошел в историю искусства и культуры страны как интернационалист и великий патриот Неманского края. На склоне лет профессор «для души» любил играть на органе в Реформатской церкви, а когда-то  в молодости он преподавал музыку   учащимся православной Литовской духовной семинарии и одно время пел с ними вместе в церковном хоре…

Когда в начале века Константин Галковский, по национальности русский, учился в Петербургской консерватории по классу композиции, там преподавали корифеи русской музыки Н. Римский-Корсаков, А.Глазунов, А. Лядов. Друзьями его по студенческой скамье были Сергей Рахманинов, Максимилиан Штейнберг, Михаил Гнесин, в будущем известные композиторы. Дипломной работой начинающего музыканта стала опера «Цыгане» на текст А.С.Пушкина, которая была удостоена Золотой медали и права постановки в театрах Петербургской консерватории и Вильны.

Так что после  учебы  К. Галковский вернулся в 1909 году в родной город, что называется, «на коне», и влился  в культурную жизнь края. Преподавал в существовавшем при Русском обществе музыкальном училище (где в это время учился впоследствии прославившийся Яша Хейфец), вел уроки музыки также в гимназии имени Витаутаса Великого и в русской гимназии имени А.С.Пушкина, в других  музыкальных и общеобразовательных школах. Из числа талантливой молодежи он организовал первый в крае симфонический оркестр, с которым  выступал как дирижер  и как лектор. Выпускнику прославленной великими именами Петербургской консерватории хотелось поделиться с широкими слоями населения усвоенными знаниями о русской и мировой классической музыке . Судя по откликам в местной печати, летние концерты оркестра К.Галковского в Бернардинском саду   были особенно  популярны среди местных любителей музыки и стали заметным явлением в культурной жизни Вильны.

После 1 Мировой войны культурная жизнь столицы, несмотря на лишения и беды, возобновилась. Гимназисты и школьники нуждались в эстетическом воспитании, в музыкальном образовании. С января 1922 года К.Галковский избран  членом литературно-артистической секции Вильнюсского Русского Общества, а это значило, что  ему приходилось ежегодно участвовать в проводимых повсеместно в крае Днях русской культуры, читать лекции в Доме русского студента, писать  на темы культурной жизни... В   местной прессе то и дело появлялись его отзывы на проходившие в городе концерты и артистические вечера, а также статьи, посвященные юбилеям композиторов Монюшко, Бетховена, Моцарта, Мусоргского и т.д.  

Как композитор Константин Галковский занимал видное место в музыкальном мире родного города. В 1927 г. он сочинил сразу две кантаты в память ушедших из жизни знаменитых людей: врача и политического деятеля Литвы Ионаса Басанавичюса и композитора М.-К. Чюрлениса, которых он лично знал.

На снимке: дом в Вильнюсе (ул.Пилимо, 20), в котором жил К.Галкаускас.

На снимке:мемориальная доска в память К.Галковского.

Живая работа с молодежью вдохновляла к музыкальному сочинительству: в 1934 г. композитор К.Галковский пишет оперетту «Счастливый король», затем - три балета для детей, которые в 1935-1937 гг. были поставлены силами учащихся гимназии Витаутаса Великого. Исполнялись также написанные плодовитым композитором   произведения для оркестра, затем  две музыкальные комедии. Возвышенный стиль, заоблачные идеалы дали основание известному в довоенное время публицисту Раполасу Мацконису причислить автора этих произведений «к последним могиканам Вильнюсского романтизма».

Однако  композитор сочинял не одни только  сложные вокальные произведения крупной формы. Любил он и камерный жанр романса, и песню. Дружба с белорусским музыкантом, фольклористом Григорием Ширмой, повлияла на его интерес к народной песне. Композитор творчески обрабатывал не только русские, но и белорусские, и польские, и еврейские народные песни. Писал также оригинальную музыку, сочинял песни на слова А.Пушкина, А.Мицкевича, А.Блока, К.Бальмонта, М.Исаковского, а также литовских поэтов – С.Нерис, А.Венцловы, Б.Сруоги, Л.Гиры, В.Монтвилы…

К.Галковский живо любил поэзию, и сам, вдохновляясь, писал стихи. Например, сочинил «Гимн Витаутасу» по случаю 500-летия смерти Витаутаса Великого. «Гимн…» начинается так:

Могущество родил ты, славу/ Народа ввысь вознес.
Несокрушимую державу / Литве ты, Витаутас, принес…  

 Немало своих стихотворений К Галкаускас посвятил М.-К. Чюрленису. В одном из них он пишет:

Когда творил Чюрленис звуки,/ В Литве одним из первых был.     Он живописец! Чудо – руки!..  / Искусствам двум всю жизнь служил…

Интересно, что на 100-летний юбилей Вильнюсской старообрядческой общины  Константин Галковский откликнулся в 1030 году стихотворением, близким к оде:

Чиста и свята вера наша,
Издревле правдою горит.
Ценнее злата. Солнца краше.
Христос в ней к людям говорит.

Слова молитв, напевы песен
Христа вещают глас святой:
 -«Мой путь тернист. Он узок, тесен».
Господь! Наш путь – вслед за Тобой!

С путей отцов мы не свернули.
И не свернем мы никогда,
Гоненья, пытки не согнули:
Наш Храм горит, как в ночь звезда.

Сто лет уже на этом месте
Несем мы к небу сердца зов.
К святой взываем мы Невесте:
«Простри над нами свой покров.

О, Мать Господня, Пресвятая,
Ты не оставишь нас и впредь.
Ты нам отверзешь двери рая,
Дашь в Боге жить и умереть».

«Вестник Высшего Старообрядческого Совета в Польше» в 30-годы нередко печатает на своих страницах духовные стихи композитора, наполненные искренним религиозным чувством, например, «Под сводами храма»:

Цветных лампадок отблеск нежный
Чуть освещает Божий храм,
Святым покоем, безмятежным
Глядят подвижники из рам.

Кой-где в углу вдруг пронесется
Тяжелый вздох, шептанье слов.
Немало горьких слез здесь льется
Об отпущении грехов.

В поклоне долгом и глубоком,
К земле припав пред Пресвятой,
Сраженная судьбы злым роком
Творит молитву с простотой.

А там направо, в отдаленьи –
Старик в молитвенный экстаз
Вошел и слышит в восхищеньи
Любви Господней сладкий глас.

В дверях, у входа, чуть виднеет
В платке убогом чей-то лик
Зальется краской, то бледнеет,
В глазах испуг, страданий миг.  

То молит мать детей голодных:
- Им хлеба корочку подать,
И ищет слов благоугодных,
Чтоб Богу было легче внять.

И неприметными лучами
Сходила с неба благодать.
И высыхали слезы сами...
Каким путем? Кто может знать?

И в сердце мир, покой и счастье,
Как бы пасхальный огонек,
Нес каждый в дом, чтобы в ненастье
Господь был близок. Не далек… 

Aмстердамский филолог Виллем Г.Вестстейн отметил редчайшую комбинацию музыкальной и литературной одаренности  Константина Галковского – композитора и поэта. Его цикл «Великие композиторы» составляют 38 стихов. В апреле 1932 года газета «Наше время» в подборке «Галерея русских композиторов» поместила 6 стихов. Краткие лирические высказывания содержали, помимо восторженного отношения к музыкантам, характерные особенности их стиля творчества и даже названия произведений.

Виллем Г.Вестстейн анализирует содержание и поэтическую структуру стихов композитора:

«Стихи посвящены шестерым русским композиторам, это - Михаил Иванович Глинка, Петр Ильич Чайковский, Модест Петрович Мусоргский, Николай Андреевич Римский-Корсаков, Александр Николаевич Скрябин и Игорь Федорович Стравинский. В названиях всех стихотворений указаны имена композиторов и их даты, за исключением последнего, посвященного Стравинскому, которое называется "После Скрябина", создается впечатление, будто Галковский хотел ограничиться девятнадцатым веком.
Вот  для примера первая строфа стихотворения "Николай Андреевич Римский-Корсаков (1844 - 1908)":

Русский сказочник. Кудесник.
Былей пестрый этнограф.
Листу, Вагнеру ровесник:
Сонаследник тех же прав.»

О композиторе  М.Глинке у К.Галковского сказано: «великий вдохновитель романса»,а  Петр Чайковский – Музы диво. Ясен. Прост. Глубок. Поет». И к тому же  он - «нежный лирик и поэт». А из его произведений  в стихе у К.Галковского зарифмованы  «Патетическая симфония» и опера «Евгений Онегин»... Композитор М.Мусоргский – «самобытный, смелый мастер, мелодист», особо отмечается в стихе его опера «Борис Годунов» и симфоническая поэма «Ночь на Лысой горе».

Не исключено, что молодежь заучивала любительские стихи своего учителя 
К. Галковского наизусть и использовала их на уроках вместо шпаргалки. Чего проще? - выучил  всего несколько строк – и зачет обеспечен…   

Ну, а в советской Литве Константинас Галкаускас преподавал композицию студентам Консерватории, не оставляя  в стороне и своих творческих замыслов. В 1945-1948 гг. он создавал  музыку для струнного квартета, а кроме того, написал  симфонию «Москва». В связи с 70-летием композитору было присвоено звание заслуженного деятеля искусств, а в связи с 80-летием - звание народного артиста Литовской ССР.

Константинас Галкаускас –  композитор и поэт.

Так что о многом может напомнить пытливому вильнюсскому патриоту – краеведу мемориальная доска на доме №20 по улице Пилимо…

Ирина Арефьева